Филип Дик. Короткая счастливая жизнь коричневого тапка




- Сейчас ты увидишь такое... - Доктор Лабиринт достал из внутреннего кармана поношенного плаща спичечный коробок. - Поздравь меня, я сделал самое грандиозное открытие со времен изобретения колеса. Научный мир будет потрясен!
Было далеко за полночь, в окно монотонно барабанил дождь, и Спать хотелось отчаянно.
- Ясное дело, док. - Я вплотную придвинулся к Лабиринту. - Так что у тебя на этот раз?
Док торжественно приоткрыл коробок.
На дне среди сухих травинок и хлебных крошек лежала медная пуговица.
- Эка невидаль - пуговица! Может, ты запамятовал, но твоему открытию не меньше двадцати веков.
Я протянул руку, но Лабиринт поспешно отдернул коробок.
- Это непростая пуговица, - сообщил он заговорщицким шепотом и поднес коробок к самым губам. - Давай же, давай! - заорал он во всю глотку. - Шевелись!
Ничего не произошло.
Лабиринт нахмурил косматые брови и подтолкнул пуговицу указательным пальцем.
- Лабиринт, в чем дело? Ты посреди ночи вваливаешься ко мне в дом, показываешь пуговицу в спичечном коробке и...
Потупив взгляд, Лабиринт откинулся на спинку дивана, закрыл коробок и с сокрушенным видом сунул его в карман.
- Безнадежно. Я ошибся. Пуговица мертва. Не выгорело.
- Что не выгорело? На что ты надеялся?
- Дай мне чего-нибудь. - Лабиринт обвел глазами комнату. - Дай мне... вина.
- Вот-вот, док, самое время утопить свои печали в алкоголе.
В кухне я нашел початую бутылку черри, от души плеснул в два стакана и с выпивкой в руках вернулся в комнату.
Некоторое время мы пили молча.
- Может, все-таки соизволишь объяснить, в чем дело? - наконец, не выдержал я.
Док поставил стакан, поджал тонкие губы, рассеянно кивнул. Положил ногу на ногу, достал трубку и кисет. Пустив к потолку три аккуратных колечка, он вновь извлек коробок, одним глазом заглянул внутрь. Разочарованно вздохнул и сдался окончательно.
- Не вышло, - выдавил он. - Оживитель не работает. Принцип ошибочен. Я, как ты понимаешь, говорю об Универсальном Принципе Достаточного Раздражения.
- Это еще что за зверь такой?
- Принцип открылся мне совершенно случайно. Как-то погожим летним днем сидел я на берегу реки. Припекало изрядно. Я весь взмок и собрался у же домой, как вдруг вижу... В общем, камешек у моих ног зашевелился и отполз в тень. Понимаешь, полуденный зной раздражал его.
- Что-что? Камешек отполз в тень?!
- В эту самую минуту в моей голове и зародилось понимание Универсального Принципа Достаточного Раздражения. Вот, оказывается, где начало жизни! Миллионы лет назад частицы безжизненной материи что-то потревожило, да так, что они расползлись по всей Земле. Появилась жизнь. Значит, обзаведись я достаточно мощным источником раздражения, и мне, как Господу Богу, будет по силам создавать жизнь из мертвой материи. И я принялся конструировать. Прибор - плод многомесячных бессонных ночей - лежит сейчас в моем автомобиле. Я назвал его Оживителем. Да только выходит, что Оживитель не работает. Принцип не верен.
Док замолчал. Минут через десять, разодрав слипшиеся веки, я пробормотал:
- Послушай, док, время позднее, а мне завтра...
Лабиринт вскочил на ноги.
- Ты прав. Мне пора. До скорого.
Он направился к двери. Выглядит док на свои пятьдесят с гаком, но прыти в нем, как у тридцатилетнего. Я ухватил его за рукав только у самого порога.
- Не теряй надежды, док. Попробуй еще разок, авось прибор и заработает.
- Прибор? - Док сосредоточенно наморщил лоб. - А, Оживитель. Глаза бы мои на него не глядели! Знаешь что, купи его у меня, ну, скажем, долларов за пять, и дело с концом.
За двенадцать лет нашего знакомства он выдавал пенки и похлеще, так что на сей раз я без труда сохранил на лице невозмутимое выражение.
- Всего за пять долларов, говоришь? А почему так дешево?
- Подожди, сейчас я его принесу.
Док выскочил за дверь, проворно сбежал по ступенькам крыльца я растворился в ночном мраке. Я услышал, как он открыл дверцу автомобиля, затем охнул и выругался сквозь зубы.
- Сейчас помогу! - крикнул я и заспешил к нему.
Док силился стащить с заднего сиденья громадную железную коробку. Я ухватился за коробку с другой стороны, вместе мы благополучно отволокли Оживитель в дом и водрузили на обеденный стол.
- Так это и есть Оживитель? - спросил я, отдышавшись. - Вовек бы не догадался. Скорее, эта штука смахивает на электрическую духовку.
- А это и есть духовка... Вернее, была. Оживитель вырабатывает тепловые лучи и раздражает неживую материю. Но с оживлением покончено, я сыт этой проблемой по горло!
- Хорошо, док, хорошо. - Я достал бумажник. - Если оживитель тебе больше ни к чему, я с удовольствием его покупаю. В хозяйстве все сгодится.
Я отсчитал пять долларов и протянул ему. Небрежно сунув деньги в карман, он объяснил мне, куда засовывать неживые предметы, как пользоваться регуляторами и переключателями, что обозначают цифры на многочисленных шкалах, затем надел шляпу и отбыл восвояси.
Я остался один на один с диковинным механизмом. Пока я ломал голову, куда бы приспособить свое приобретение, в комнату впорхнула жена в ночной рубашке.
- Что происходит? На кого ты похож? Мокрый с головы до ног, а тапочки так вообще хоть отжимай. Ты что, залезал под душ одетым?
- Не сердись, дорогая, под дождь попал. Взгляни-ка лучше, какую забавную штуковину я купил у дока всего за пять долларов. Док говорит, что...
Джоан, не отрываясь, глядела на мои тапки.
- Час ночи, а ты, как дитя малое, все не угомонишься. Ставь тапки в духовку и шагом марш в постель.
- Но дорогая, это же не духовка. Это прибор для оживления...
- Поставь тапки в духовку и ложись спать, - раздраженно повторила Джоан, направляясь к лестнице.
- Иду, дорогая, иду.


Утром, когда я сидел перед тарелкой с остывшей яичницей с беконом и прикидывал, чем бы "заболеть", чтобы не ходить сегодня на службу, в дверь позвонили.
- Кого там черт принес в такую рань? - воскликнула Джоан.
Я поднялся, прошлепал в прихожую и распахнул дверь.
На пороге стоял док Лабиринт собственной персоной. Вид у него был неважнецкий: брюки измяты, лицо осунулось, под глазами круги; похоже, бедняга этой ночью так и не прилег.
- Держи свою пятерку. Отдай мой Оживитель.
Я удивленно пожал плечами.
- Как скажешь, док. Входи и забирай свое сокровище.
Он последовал за мной в комнату. Я ухватился за Оживитель. Прибор оказался теплым на ощупь.
- Оставь все, как есть! - взревел док. - Сначала удостоверюсь, что ничего не сломано, а потом заберу Оживитель к себе в лабораторию.
Я послушно отошел от стола. Док любовно погладил свое детище, открыл дверцу и заглянул внутрь.
- Тапочек?
- Господи боже мой! - воскликнул я, живо припоминая события минувшей ночи. - Я же поставил туда сушить свои тапочки.
- Тапочки? Но здесь только один.
Из кухни появилась Джоан.
- Привет, док. Что, бессонница одолела?
Мы с Лабиринтом переглянулись.
- Только один? - Я тоже заглянул в Оживитель.
Внутри стоял грязный, но успевший просохнуть за ночь тапок.
Один!
Но я же отлично помню, как положил туда пару!
- Где же второй?
Я повернулся к жене, но, похоже, ей сейчас было не до меня. Уставясь в пол, она замерла с приоткрытым ртом.
Краем глаза я уловил в углу движение. В эту секунду что-то маленькое и коричневое мотнулось через комнату и скрылось под диваном. У меня, конечно, не семь пядей во лбу, как у дока, но тут я сразу сообразил, кто, а вернее, что это такое.
- Это он! - Док едва не запрыгал от радости. - Держи, держи свои пять долларов. - Он сунул мне в ладонь мятую купюру. - Теперь даже за все золото мира я не откажусь от Оживителя!
- Не волнуйся, дорогая, все нормально, - заверил я жену. - Вот, обопрись о меня. - Я протянул ей подрагивающую ладонь. - Дверь... Док, быстрей закрой дверь, а то он выскочит на улицу, ищи его потом!
Лабиринт в два прыжка пересек гостиную и затворил дверь.
- Под диваном притаился, - прошептал он и присел на корточки. - Вон там, я его вижу. У тебя найдется кочерга или что-нибудь в этом роде?
- Выпустите меня сейчас же! - взвизгнула Джоан. - Играйте в свои игрушки сколько душе угодно, но без меня!
- Стой, где стоишь, женщина! - рявкнул на нее Лабиринт.
- Да, да, дорогая, доктор прав, останься с нами. - Я подставил к окну стул и, взгромоздившись на него, снял карниз. Шторы сбросил на пол. - Эта палка, вроде, подойдет. - Я присел рядом с доком. - Я там пошурую, а ты, как только он появится, хватай.
Я толкнул тапочек концом карниза. Тапочек отполз назад и прижался к стене - ни дать ни взять насмерть перепуганный зверек.
- Что будем делать, когда его изловим? - поинтересовался я. - Где, черт возьми, прикажете его держать?
Джоан растерянно огляделась.
- Может, засунем в ящик стола? Оттуда ему нипочем не выбраться.
- Вот он! - завопил Лабиринт.
Тапочек пулей вылетел из-под дивана и кинулся в противоположный конец комнаты. Лабиринт вскочил на ноги, и прежде чем тапок, успел юркнуть под большое кожаное кресло, наступил ему на задник. Тапок отчаянно извивался на полу, дергался, стараясь высвободиться, но док был сильнее.
- Попался, голубчик! - Я схватил беглеца обеими руками, засунул в ящик стола и повернул в замке ключ.
Мы перевели дух.
- Получилось! - заорал док. - Понимаете, что это значит? Оживитель работает! Я был прав, как всегда! Вот только почему не вышло с пуговицей?
- Пуговица ведь медная, - со знанием дела заявил я. - А тапок сделан из натуральной кожи, да и клей животный - сплошная органика. К тому же прошлой ночью он изрядно вымок.
Из ящика явственно слышалась возня.
- В вашем столе - самое грандиозное открытие со времен изобретения колеса, - физиономия дока расплылась в довольной улыбке.
- Научный мир будет потрясен, - подхватил я. - Знаю, знаю, ты уже говорил.
- Оживитель работает, да еще как! - Лабиринт кивнул на свой прибор. - Присмотрите за тапком, - он заспешил к двери, - а я пока созову ученых, прессу и...
- Ты намерен оставить _его_ у нас?! - Джоан переменилась в лице.
Лабиринт остановился у распахнутой двери.
- Присмотрите за ним. Это доказательство, живое доказательство того, что Оживитель работает. Универсальный Принцип Достаточного Раздражения верен на все сто. - Он с силой захлопнул за собой дверь.
- Ну, что скажешь? - Джоан провела кончиком языка по губам. - Ты намерен торчать здесь целый день и сторожить дурацкий тапок?
Я демонстративно посмотрел на часы.
- Мне на работу пора.
- Ну, так вот, одна я здесь не останусь. Если ты уходишь, то я с тобой.
- Да зачем его, в самом деле, караулить? Ясно ведь, из ящика ему не выбраться.
- Поеду к родителям, они уж, поди, забыли, как выглядит дочь. Встретимся вечером в ресторане. Ну, в том, где ты сделал мне предложение, а я, как последняя дура...
- Боишься остаться в доме одна?
- Мне все это не нравится.
- Подумай сама, разве может обычный поношенный тапок выгнать человека из собственного дома?
- Обычный тапок! - передразнила меня Джоан. - Ты что, меня за идиотку принимаешь?! Да он теперь такой же обычный тапок, как ты - президент Соединенных Штатов!


Мы встретились вечером, вместе поужинали, благополучно доехали до дома.
На верхней ступеньке крыльца Джоан схватила меня за руку.
- Вечер-то какой! Стоит ли сидеть в четырех стенах? Дорогой, а может, в кино сходим? Или лучше в театр. Мы с тобой уже сто лет не выбирались в театр.
- Да не волнуйся ты, тапок в столе. Надо бы его покормить, а то, неровен час, сдохнет с голоду. Как ты думаешь, чем питаются тапочки?
Я повернул в замке ключ и распахнул дверь.
Что-то проскочило у моих ног, темным пятном мелькнуло на дорожке и скрылось в кустах.
- Что это было? - прошептала Джоан.
- Нетрудно догадаться. - Я подбежал к столу. - Ну, конечно, ящик открыт! Он сбежал! - Я вздохнул. - Что мы теперь скажем доку?
- Может, поймаем его? - Джоан боязливо покосилась через плечо и поспешно закрыла за собой дверь. - Или, знаешь что, давай лучше оживим другой! У тебя ведь остался левый тапок из этой пары! Вряд ли док заметит подмену.
Я покачал головой.
- Не получится. Ночью в Оживителе стояли оба тапка, а ожил только один. Вот если...
Пронзительно зазвонил телефон. Мы одновременно вздрогнули.
- А вот и док, легок на помине, - буркнул я и поднял трубку.
- Приеду завтра рано утром, - раздался хорошо знакомый голос. - Со мной будет тьма-тьмущая народу: фотографы, журналисты, Джекинс из лаборатории...
- Послушай, док, - неуверенно начал я.
- Поговорим позже. У меня куча дел. Боюсь, к утру не управлюсь. До завтра. - Он бросил трубку.
- Док? - равнодушно поинтересовалась Джоан.
Я посмотрел на выдвинутый ящик стола"
- Он самый.
Я открыл шкаф, надел плащ и тут почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Я резко обернулся.
Джоан стояла ко мне спиной и копалась в сумочке.
По спине побежали мурашки.
- Ну и ночка, - в сердцах бросил я и направился к двери.
В углу что-то шевелилось, но как только я повернул голову, подозрительное движение прекратилось.
- Черт возьми!
- Что случилось, дорогой?
- Ничего. Ровным счетом ничего.
Я огляделся.
Книжные полки, ковер на стене, картины - все как обычно. Но я мог поклясться, что всего секунду назад в комнате что-то шевелилось.
На столе стоял Оживитель. Когда я проходил мимо, от прибора явственно повеяло теплом.
Оживитель работал весь день!
Я щелкнул выключателем, лампочки на передней панели потухли.
Неужели я утром позабыл его выключить?
Я напряг память, но так и не вспомнил.
- Пойдем, поищем тапок, пока еще не совсем стемнело, - обратился я к жене.


Мы обшарили весь двор, дюйм за дюймом, но ни в кустах, ни у изгороди, ни под крыльцом тапка не обнаружили.
Когда стемнело окончательно, мы зажгли во всем доме и над входной дверью свет и искали еще часа два. Наконец, я сдался и, от души выругавшись, уселся на нижнюю ступеньку крыльца.
- Ничего не попишешь, нам его не изловить. Пока мы шарим в одном конце двора, он преспокойно отсиживается в противоположном. Да и почем знать, может, его давным-давно здесь нет. В изгороди полно дыр, и он мог легко удрать на улицу.
- Похоже на то, - подтвердила Джоан.
Я нехотя встал.
- Оставим входную дверь открытой. Глядишь, к утру он замерзнет и вернется в дом.
Дверь не закрывалась всю ночь, но утром, когда мы встали, в доме было тихо. Видимо, тапок не вернулся. Я затворил дверь и для успокоения совести внимательно осмотрел комнату за комнатой. В кухне кто-то ночью перевернул мусорное ведро. Выходит, тапок сюда заглядывал, но, опрокинув ведро, снова удрал.
- Док явится в любую минуту, - пробормотал я. - Надо бы ему позвонить и отменить встречу.
Джоан коснулась Оживителя.
- Скажи ему, пускай забирает свою игрушку и впредь ставит дурацкие опыты у себя дома.
Мы вышли на крыльцо и огляделись.
- Смотри-ка, - воскликнул я. - Машина. Похоже, к нам гости.
Подняв тучу пыли, перед нашим домом замер темный "плимут". Хлопнули дверцы, двое пожилых мужчин выбрались на тротуар и направились в нашу сторону.
- Где Руперт? - бросил один из них.
- Кто? А, док Лабиринт! Он скоро будет.
- А где эта ожившая штуковина? - поинтересовался другой. - Я - профессор Портер из университета. Можно на нее взглянуть?
- Подождите дока, - тянул я время. - Он скоро будет.
Подкатили еще два автомобиля, из них вышли с полдюжины людей преклонного возраста. Оживленно переговариваясь, они подошли к крыльцу.
- Молодой человек, - обратился ко мне чудаковатого вида старичок с густыми рыжими бакенбардами, - не будете ли вы так любезны продемонстрировать нам вещественное доказательство, этот пресловутый Оживитель?
- Прибор там, на столе. - Я ткнул пальцем за спину. - Проходите, если вам интересно.
Они прошли в дом и столпились вокруг стола, тыкая в переключатели пальцами и непрерывно тараторя. Мы с Джоан, затаив дыхание, наблюдали за ними.
- Вот это да! - воскликнул Портер. - Универсальный Принцип Достаточного Раздражения докажет всему миру, что...
- Чушь собачья! - отрезал худощавый тип в сером измятом костюме. - Абсурд! Покажите мне сначала живую шляпу, или ботинок, или что там у вас, а уж потом...
- Увидите, увидите, - перебил его Портер. - Всему свое время. Руперт занимается наукой с пеленок, уж он-то знает, о чем говорит.
Спор разгорался. Все так и сыпали звучными географическими названиями, датами, в ход были пущены имена всемирно известных ученых. Многие в пылу дискуссии перешли на латынь.
Подъехало еще несколько автомобилей, среди ученых мужей появились молодые люди в легкомысленных свитерах, с видеокамерами и блокнотами. Заработали фотовспышки.
- О, господи! - всплеснула руками Джоан. - Этому нашествию конца не видно!
- Скоро явится док, расскажет им, что стряслось, и они живо разъедутся, - успокоил я жену.
- А чего, собственно, ждать? Скажи им прямо сейчас.
- Я? Нет, пускай уж лучше док! Хотя, если хочешь, скажи им сама.
- Ну, уж нет, вы заварили всю эту кашу, вам и расхлебывать! И вообще, если хочешь знать, твои тапки мне с самого начала не нравились. Купи мы тогда, как предлагала я, темно-синие, ну, те, что стояли на соседней полке, глядишь, все бы и обошлось. А теперь... - Джоан махнула рукой.
Люди все прибывали, толпа уже не умещалась в доме. И вот, наконец, подкатил знакомый голубой "форд". Победно улыбаясь, к крыльцу подошел Лабиринт.
Еще минута-другая, и придется сказать ему правду.
Как-то он отреагирует?
- Как я посмотрю ему в глаза? - жалобно спросил я у Джоан. - Давай спрячемся. Хорошо?
Узрев Лабиринта, ученые мужи высыпали наружу и обступили его плотной стеной.
Мы с женой переглянулись и юркнули в дом. Я беззвучно затворил за собой входную дверь. Через приоткрытое окно в комнату врывался шум; вскоре Лабиринт принялся разъяснять Универсальный Принцип Достаточного Раздражения, и стало относительно тихо.
Вот-вот док закончит лекцию, войдет сюда и потребует тапочек. Что ему сказать, как успокоить?
- В конце концов, он сам во всем виноват, впредь не будет оставлять ценные вещи у посторонних. - Джоан схватила первый попавшийся на глаза журнал мод и зашуршала страницами.
Увидев меня через окно, док помахал рукой, при этом его физиономия прямо-таки сияла. Я небрежно махнул ему в ответ и сел рядом с Джоан на диван, откуда не было видно толпы у порога.
Время шло, я разглядывал трещину под потолком.
Что же предпринять?
Ждать, что же еще!
Ждать, когда окруженный толпой ученых и репортеров в дом триумфально войдет док и попросит предъявить живое доказательство верности его теории. Тапок, старый стоптанный тапок - вот на чем держится сейчас научный авторитет Лабиринта, вот от чего зависит, поверит ли ученый мир в Принцип!
А чертов тапок убежал, скрылся в неизвестном направлении!
- Скоро все так или иначе кончится, - обронил-я.
- Скорей бы уж!
Минут пятнадцать мы сидели молча.
Странное дело - гам за окном мало-помалу затих. Я напряг слух, но ничего, кроме обычных звуков просыпающегося по соседству большого промышленного города, не услышал.
- Интересно, почему они умолкли?
Тишина. Что происходит?
Я поднялся, подошел к двери и осторожно выглянул наружу.
- Ну, как, - осведомилась Джоан, - что-нибудь увидел?
- Они просто стоят и что-то разглядывают.
Интересно, на что они там таращатся?
- Давай выйдем и посмотрим, в чем дело, - предложила Джоан.
Мы медленно спустились с крыльца, протиснулись сквозь толпу.
- Господи! - вырвалось у меня.
Лужайку пересекала необыкновенная парочка - мой стоптанный тапок и изящная белая туфелька на высоком каблуке.
- Чем-то мне эта туфелька знакома, - выдавил я.
- Так это же моя! - запричитала Джоан. - Моя, моя! Из моей лучшей пары. Я их так берегла, надевала только...
Головы гостей дружно повернулись в нашу сторону.
- Не обольщайся, милочка, - пробасил Лабиринт, - Теперь туфелька принадлежит всему человечеству, отныне и на веки вечные!
- Смотрите! - воскликнул юнец в плохо сшитом светлом костюме и цветастом галстуке. - Смотрите, что вытворяют!
Дамская туфелька все время держалась немного впереди моего тапка, как бы возглавляла маленькую процессию. Вдруг тапок заспешил. Когда их носки поравнялись, туфелька отскочила в сторону и на полоборота повернулась на каблуке. Оба на добрую минуту замерли, будто разглядывая друг друга. Затем тапок запрыгал сначала на пятке, потом на носке, и так, пританцовывая и притопывая, обошел вокруг туфельки.
Туфелька тоже подпрыгнула два-три раза и неуверенно двинулась дальше. Остановилась, позволив тапочку приблизиться, отскочила в сторону.
- Напоминает брачный танец, - авторитетно заявил пожилой джентльмен с носом, похожим на птичий клюв. - Подобные брачные танцы уже не одно столетие широко распространены среди...
- Лабиринт, что происходит? - перебил своего коллегу Портер. - Мы требуем разъяснении.
- Гм, - пробормотал я себе под нос. - Выходит, пока нас не было дома, тапок выбрался из стола, включил Оживитель и засунул туда туфельку. Я же знал, кожей чувствовал, что за мной кто-то следит! Оказывается, это она была ночью в доме.
- Так вот кто запустил Оживитель! - Джоан фыркнула. - Да, он парень не промах! Не чета своему бывшему хозяину!
Тем временем ожившая обувь почти добралась до изгороди.
Лабиринт направился к ним, вещая на ходу:
- Итак, джентльмены, вы видели результаты моего эксперимента. Уверен, мое открытие потрясет весь научный мир! Еще бы, ведь я своими руками создал совершенно новый вид живых существ! Не исключено, что когда цивилизация людей сгинет с лица Земли, ей на смену...
Он нагнулся, но в это мгновение туфелька исчезла за изгородью, а тапок одним прыжком последовал за ней. Шелест травы - и тишина.
- Представление окончено, - бросила Джоан и зашагала к крыльцу.
- Джентльмены, - как ни в чем не бывало продолжал Лабиринт, - мы с вами стали свидетелями величайшего таинства жизни...
- Вернее, чуть было не стали, - перебил я, - Ведь мы видели только прелюдию к величайшему таинству жизни, а самое интересное происходит сейчас за изгородью в кустах.
Филип Дик. Короткая счастливая жизнь коричневого тапка